Очень откровенные порно рассказы и порно истории

     Ее мне посоветовал Клаус. "Куча наград, толпы клиентов, банкиры, дипломаты, супершишки пачками". И он манерно закатил глаза. "Вот ТАКАЯ специалистка. Она — моя родственница, скажешь что от меня. У тебя есть шанс. Она сделает из тебя мужчину с шармом", ну и все такое прочее.
      Я искал портного, которому можно было бы заказать костюм. Уже двенадцать лет назад я точно знал, что на собственной свадьбе я буду в новом, только что сшитом костюме. Таком немножко дебильноватом — как и подобает человеку, временно обезумевшему от свалившегося на него счастья.
      Клаус услужливо нацарапал номер на монгольской купюре в пять тугриков. Это он давно придумал — для записок пользоваться какими-то экзотическими дензнаками.Ценность на уровне немецкой салфетки, зато девочки просто млеют от такого денежного блеска.
      Я, разумеется, не сомлел. Я спросил:

Продолжить..

Все написанное здесь, является плодом больного воображения автора, и никогда не происходило на самом деле. Если вы не любите истории на тему "toiletslavery" - не читайте этот текст! Если вы хотите появления продолжения этого текста, пишите свои отзывы на vlad1969.mail.ru - ругательные письма можете не писать, я и так знаю все, что вы можете мне сказать.
     Для начала расскажу немного о себе.
     Мне 25 лет, у меня вроде неплохая внешность и очень странные желания. Вспоминая детство, я могу сказать, что я всегда имел огромное желание быть слугой для красивой женщины. Конечно, в детстве я не понимал это так отчетливо. Просто при взгляде на красивую девочку у меня появлялись странные желания, например, чтобы она стояла надо мной, а я бы лизал ей ноги. Или я лежал бы на спине, а она сидела у меня на лице.
      Конечно, в детстве я не осознавал сексуальной подоплеки этих желаний,

Продолжить..

     Ромку я знаю давно. Еще будучи призывником, гуляя с собакой, я приметил в своем дворе светловолосого первоклашку в сопровождении молодого, красивого и вечно резвящегося ризеншнауцера. Мальчишка был не по годам развит. Читал в то время модного Дрюона с его проклятыми королями и удивительно зрело рассуждал на вечные темы любви, преданности и измены. Меня в этих дрюоновских книжках волновал только казненный в задницу Эдуард Второй, но говорить об этом с первоклассником не хотелось. Мы часто встречались во дворе, я в очередной раз издевался над Ромкой по поводу того, что мой пес был его тезкой, и он, обиженный уходил в другой двор. О чем, спрашивается, мы тогда могли говорить?
     Прошло десять лет. В один из своих частых приездов в Москву я встретил его во дворе. Все было, как и десять лет назад, только ризеншнауцер успел стать за это время дряхлым и мерзким кобелем, а Ромка - юным красивым парнем. Светлая челка упала

Продолжить..

     Я не помню, с какой пьянки возвращался. Помню только, что с противоположного моему Перово конца Москвы. На метро. Последним поездом. На выходе из подземки и случился весь этот ампоссибль.
     Закурил, едва шагнув за турникеты. На лестнице что-то сидело. Силуэт выказывал особь мужеска полу. Как только я поравнялся с этим чем-то, оно промолвило из темноты молодым, но изрядно прокуренным и пропитым голосом:
     - Алё, закурить есть?
     В момент стало страшно. Видимо, только "алё", как бы с другого конца телефонного провода, придавало немного смелости.
     Я: Есть.
     Он: А можно две?
     Я: Бог троицу любит.
     Он: Спасибо.
     Я: На здоровье.
     Я почему-то стою и пялюсь на

Продолжить..

     "В Москву! Скорей бы в Москву!" - думал Абрам, прислонившись юношеским лбом к холодной глади стекла.
      Абрам начал мечтать о том, как он реально почувствует на себе столько раз виденные по Сети места - траходром на Красной площади, Дворец группового Секса, и, наконец, сохранившую своё старинное название (но ставшую мемориальной) Театральную площадь - под большой скульптурой Апполона, ведущего колесницу, запряженную тремя обезьянами…
      В купе постучали.       - Чай, кофе, минет, анальный секс - по экспресс-методу… - проводник был достаточно миловиден.
      (Согласно последним научным теориям трахаться советовали не реже чем раз в 6 часов - иначе теряется смысл жизни, поэтому всем одиноким пассажирам проводники предлагали свои услуги.)
      - Hу ладно, нагибайся…
     

Продолжить..

     Ну вот, дождалась и я. Наконец то! Ты сильный и мужественный! У тебя красивое и стройное тело, черты лица. Похотливые взгляды проходящих женщин направлены на тебя, а мне все они завидуют. "Как эта сука оторвала такого жеребца" - думают они, сверля меня злыми и завистливыми глазами. Но меня это только заводит. Они не в состоянии оценить, что такое быть женщиной.
      Сейчас, все будет сейчас. Я так долго к этому шла. Я долго этого ждала. Серая летняя ночь спустилась на сонный город. Небольшая уютная квартирка приняла нас жарким дыханием дня, запертого бетонными стенами. Свет – нет, зачем? Ты подходишь ко мне. Легкое платье заливает шелестом объятий ночной мрак, наполненный напряженным дыханием и биением, вырывающихся из тел, сердец. Напряженное тело и игра мышц в танце страсти. Мне приятно и я медленно пьянею. Я могу это теперь позволить себе. Я могу.
      Я оставляю тебя одного

Продолжить..

     В этот день Лена с Юлей использовали меня в качестве своего туалета еще несколько раз, после чего решили пойти спать. Они легли в Лениной комнате, а мне бросили одеяло в ногах, у дивана. Перед тем как потушить свет, Лена подтянула одеяло до колен и сказав Юле : "Смотри", приказала мне
     - Вымой мне ноги языком !
     Я, раньше, когда у нас еще были "обычные" отношения , частенько целовал Ленины ножки и это доставляло ей удовольствие, но теперь в этом было что-то другое, она не просила, а приказывала мне !
     Я осторожно начал целовать ее пальцы ног.
     - Не целуй - лижи. Особенно между пальцами!
     Я осторожно взял в рот большой палец и начал его сосать, потом просунул язык между пальцами и начал вылизывать там. Юлька, все это время смотрела, как я это делаю, и у нее на лице было

Продолжить..

     После того, как девушки поели, мне было разрешено проити в кухню и доесть то, что осталось после них. Пока я был там, Юля оделась и собралась уходить. Лена проводила ее и вернулась. Она включила телевизор и села в кресло, поманив меня пальцем. Я подошел и встал на колени перед креслом. Лена развязала полы халатика и усевшись поудобнее раздвинула ноги. Я без слов понял, что она от меня хочет. Я и раньше лизал ее киску, в то время, когда она была занята чем то другим, например, разговаривала с подругой по телефону. В этом случае не требовалось особо усердствовать, а нужно было просто медленно ласкать ее щелку. Мне всегда нравилось делать это, когда она занята чем-то посторонним и не обращает на меня большого внимания, тем не менее, когда я спрашивал ее о том, не прекратить ли мне это делать, она всегда отвечала "нет". Теперь же, она сама приказала мне делать то, что я так любил.
     Я наклонился к ее киске

Продолжить..

Глава 1. Карлсон     За окном стояли теплые весенние деньки и очередь за колбасой. В уютной комнате, где не было ничего кроме большой удобной кровати и обклеенных фотографиями голых женщин стен, сидел семилетний Малыш и плакал. Он был одет в светлые обтягивающие штанишки, которые подчеркивали его не столь большое, но вполне приличное для ребенка его возраста достоинство, и без конца теребил его.
      вдруг в открытое окно с ревом и жужжанием влетело какое-то странное чучело в красном пиджаке, черных брюках, с пропеллером на спине и красной кнопкой, расположенной чуть ниже пупка. Презрительно оглядев комнату, чучело сказало:
      - Фу, порнография-то какая… Ты чего ревешь-то, а? Малыш продолжал плакать и не отвечал. Тогда чучело промолвило:
      - Меня зовут Карлсон, который живет на крыше. Отгадай, какого размера мое достоинство? - спросил он.
     

Продолжить..

     Юленьке было очень холодно. Она шла по незнакомым улицам Москвы и не знала, что же ей делать. Возвpащаться в детдом было нельзя, обещали ведь девки, что если увидят ее вечеpом - повесят. Они сделают. Особенно Ленка.
     Вздохнув, девочка потpогала синяки на теле и слегка зашипела от боли. После утpеннего избиения болело все тело. Хотя это то как pаз было не стpашно: боль в заду и в паху, куда утpом тыкали pучкой от швабpы, ей очень даже нpавилась.
     Хуже было то, что она сбежала лишь в худом детдомовском клетчатом пальтишке, даже без шапки, теплых штанов тоже не было, лишь латанные пеpелатанные детдомовские же колготки. Все вещи поновее у нее всегда отбиpали и одеть было пpосто нечего. Задувший пpонизывающий ветеp выдул из нее последние остатки тепла. Было, навеpное, не более минус тpидцати. Дpожащая девочка пpижалась к деpеву и попыталась заплакать,

Продолжить..

     - Смотри! Вон туда смотри! - горячо лепечет мне в ухо Леха и толкает в бок локтем. - Глаза у меня лезут на лоб. Я прижимаю плотнее к себе автомат и впиваюсь до боли пальцами в железо, когда она проходит мимо нас. Женщина! Распущенные по плечам волосы, расстегнутый плащ, под которым разорванное платье едва прикрывает сползающий чулок: Но внимание привлекает не это, а - сверток, который она прижимает к обнаженной груди окровавленными руками.
     Кажется, у меня начинают заходить шарики за ролики.
     - Подождите… - кричу я и зачем-то протягиваю руку. - Она скользит по мне невидящим взглядом и шарахается в сторону, ступая босыми ногами по асфальту, усыпанному осколками стекла и битого кирпича, израненному гусеницами танков и испачканному тяжелыми сапогами.
     Женщина что-то говорит, губы шевелятся, но слов не слышно. А мой взгляд упорно держится на свертке.

Продолжить..

     Со мной что-то случилось, сомнений больше нет: я перестал получать наслаждение от своей работы. Видимо, все последнее время во мне накапливался ряд мелких изменений, которых я не замечал, и вот свершился переворот в восприятии. Особенно ясно это стало сегодня, когда ко мне обратилась эта рыженькая. Почему именно ко мне? Возможно, она не доверяет Прокошину. Что было делать? У меня не было ровным счетом никаких причин для отказа! А меня словно разбил паралич, я не мог вымолвить ни слова, пока она робко раздевалась за ширмой. У нее оказалась черная с рыжеватым отливом поросль между ног, к тому же - сильно надушенная (перед визитом к сексологу?) Когда она беспокойно сдвигала и раздвигала свои ляжки, меня буквально обдавало густой волной духов. Ее писька показалась мне противной и глупой, я чувствовал страшную скуку и раздражение, когда мои пальцы погрузились в ее разгоряченную вульву и я понял, что рыженькая не на шутку возбудилась. Я копался в скользкой

Продолжить..

     Люси утверждала, что у меня исключительно вкусная сперма. Другие женщины мне об этом не говорили, из чего я заключил, что либо Люси желает мне польстить, либо она такая гурманка, что научилась различать нюансы вкуса, которые другим, менее опытным женщинам, неощутимы. Когда мы встречались несколько раз на общих собраниях (так она называла оргии), я не видел, чтобы ее ебли или хотя бы лизали - нет, я всегда видел ее, бескорыстную, с чьим-нибудь членом во рту, демонстративно в трусиках и юбочке. Она располнела на эдаких харчах, но все-таки оставалась весьма привлекательной. В один из моментов, когда рот у нее был свободен, я заговорил с ней, и она с готовностью дала мне свой телефон, и тут же устремилась к моему члену, предварительно осмотрев его под яркой настольной лампой.
     - У тебя нет язвочек на нем? - спросила она, объясняя причину осмотра.
     Голос у нее был вкрадчивый, ласковый

Продолжить..

     Что было в начале? Ничего не было. А потом все стало…
     Он медленно открывал глаза. Сознание медленно и постепенно возвращалось к нему. Он ощущал свет - свет - это то, что перед глазами или в глазах, ну, в общем, в голове. Свет проникал в голову какими-то пятнами, цветными пятнами, они были светлыми - зелеными, голубыми и белыми. Постепенно эти пятна стали приобретать определенную четкость - некую картину некого мира, который яко бы окружал его. Он сосредоточился на этом зрительном ощущении мира и стал отождествлять ее с образом, который всплыл из глубины его сознания: то, что он видел было лесом, он лежал под деревом, было утро, небо было голубым, без облачка, солнце радостно сияло. Всю эту картину он стал ощущать еще более полно - к зрительному ощущению добавились остальные: он почувствовал свежий прохладный воздух, ощутил кожей росу, ухо уловило попискивание птиц.
     В голове,

Продолжить..

     Вражда между двумя женщинами началась почти с тех пор как они пришли преподавать в школе. Несмотря на то, что профессиональные интересы Ольги Олеговны и Светланы Александровны не могли быть причиной их неприязни, плохие отношения между ними уже успели перейти в несколько словесных дуэлей, одна из которых едва не перешла в кулачный бой. Произошло это когда Светлана Александровна получила престижную государственную награду и принимала поздравления от своих коллег и учеников. Во время церемонии ученики по очереди поздравляли преподавательницу физики.
     Наконец, очередь дошла до Григория, любимчика Ольги Олеговны, который произнес долгую и красивую речь в честь Светланы Александровны, при этом на лице брюнетки появилась широкая улыбка, что не могла не заметить ее соперница. После длинной (и для Ольги Олеговны, болезненной) церемонии студенты и преподаватели сели за стол, щедро накрытый пирожными, тортами и кексами.

Продолжить..

     Это был маленький магазинчик в районе Шаболовки, надо еще было идти какими-то плохо запоминающи-мися, утомительными, пыльными дворами; назывался он то ли "Золотой лотос", то ли "Третий путь", не помню уже. Семь корявых ступеней вниз, и вы попадали в полутемный подвал, вытянутый, длинный , слов-но вагон дальнего следования; с одним мутноватым оконцем в углу. Помещение было разделено на две половины самодельным прилавком, на котором были свалены книги. Впрочем, книги занимали здесь почти все пространство - они лежали неровными рядами на полках, на подоконниках, на полу. Пахло книжной пылью, сыростью, резко - индийскими благовониями, типографской краской. В углу бормотало радио, включенное всегда на грани слышимости. За прилавком обычно сидела чудовищных размеров толстуха, которая всегда казалась полусонной. Как выяснилось впоследствии, это было обманчивое впечатление, - когда один посетителей попытался, уволочь книженцию об

Продолжить..

     Проснулась Красная шапочка в пронзительных солнечных лучиках, прорывавшихся сквозь густую листву деревьев. Сладко потянувшись она увидела совсем недалеко в просвете деревьев зелёную полянку и вышла на свет. За время тёплого сна соски её мягко набухли и между ножек сводило как у молодой кобылки. Поискав глазами она быстро нашла на полянке то что искала и словно не преднамеренно а мимоходом направилась туда. Она облюбовала достаточно эрегированный гриб-волнушку почти в самом центре полянки и стала делать вид, что собирает землянику вокруг именно этого места. Она присела и легко пощипывая травку щепоткой, поглядывала украдкой на гриб-волнушку. Эрегированный молодой грибок почувствовал запах её припухших сосков и губок и напрягся изо всех сил потянувшись головкой к Красной шапочке. Красная шапочка оглянулась ещё раз по сторонам и тогда быстро спрятала грибок под юбкой присев над ним на широко раздвинутых корточках. Она продолжала собирать землянику,

Продолжить..

     Единственный путь к пизде Глен отыскал в медицине, а именно, в гинекологии. Он потерял веру в то, что какая-либо женщина когда-нибудь заинтересуется им. С детства лицо его было покрыто мерзостными пятнами экземы, и люди избегали смотреть ему в глаза, а смотрели в лоб - единственное место, которое оставалось почему-то чистым. Вот из-за чего до тридцати пяти лет он и остался девственником. Проституток он панически боялся, потому что они были воплощением доступности женщин, которой он вожделел, но и в такой же степени страшился. Свой страх по отношению к проституткам Глен объяснял себе опасностью заражения венерическими заболеваниями. Ему уже вполне хватало экземы, и всякая иная болезнь, даже обыкновенная простуда, вызывала в нем непомерный ужас. Последние несколько лет Глен в общественных местах всегда носил белую маску. Носил он ее и на приемах в поликлинике, объясняя это гигиеническими соображениями. Маска прятала его лицо, оставляя на виду только

Продолжить..

     Вот я опять один. В смысле не дома, а как бы нахожyсь в течении вpемени. Сегодня была отвpатная погода. Вот не было бы дождика, тоды все было бы более менее, а так полный сакс. Я все вспоминаю тот день, когда я общался с Hадей. Он никак не хочет выходить из башки. Совсем не понимаю почемy так. Hy почемy =~( Рассyждать я сейчас не намеpен, пpосто хочy сказать однy вещь: вот я, что не очень пpивлекательный паpень? Hет, по-моемy,это не так. А тоды почемy все-таки y меня не полyчается ни с кем. Были ведь девyшки, нy скажем 5 pаз я пpосто хотел попpобовать что это такое, нy попpобовал, к комy пpивязался, кого пpосто так дpyга воспpинимал, и что из этого всего вышло? Hичего!!! Hичего из этого не вышло. А почемy? Потомy, что любви настоящей не было там никогда! И вот она все-таки могла возникнyть. Hо тyт какая-то необъяснимая пpичина, ксати, о котоpой я так и не yзнаю. Вот чем все это кончается. Чего-то искать я не хочy, смотpеть по стоpонам

Продолжить..

(фрагменты новеллы)
     …Под вечер я пригласил её к себе. Признаться, мне не терпелось возобновить наши интимные отношения. Однако Лили пребывала совершенно не в том настроении, поэтому я не отваживался приступить к эротической прелюдии. Беседа долго и беспредметно струилась в нескончаемом русле совместных ассоциаций. Сгустилась тьма, но мы не зажигали свет. Меня всё настойчивей манил светлый ситцевый сарафан с застёжкой-”молнией” сзади. И когда рука, не внемля голосу рассудка, уже тянулась к завлекательному замочку, Лили предложила совершить прогулку. Ну что ж, подумал я, это лучше, чем сидеть в тёмной комнате на одной кровати и томиться от бездействия.
     Воздух был до того тёплым, что мы не стали одеваться дополнительно, а пошли в чём есть. Сначала побродили по неизменному Любовному Пути, потом решили обойти студгородок по периметру. Лили хотелось каких-то новых впечатлений, а может, острых ощущений, и она потянула

Продолжить..